1438

17 февраля 2013

Наш книжный колумнист рекомендует к прочтению только хорошие книги.

Копейка Сергиев Посад Островский Иванов

Искусство как профессия — предельно опасное занятие: жизнь, смерть, боги, вечность — элементы его языка, но и то, чем они являются. Георгий Иванов — прекрасен, трагичен и страшен (в разных сочетаниях). Сколько ещё сокровищ хранит Серебряный Век...

 

Но спорит друг. И вспыхивают трубки.

И жалобно скрипит земная ось.

 

...я травою и облаком был,

Человеческим сердцем я тоже когда-нибудь буду.

 

И как ризу Господню целую я платья края,

И колени, и губы, и эти зеленые очи...

 

В этом томном, глухом и торжественном мире — нас двое.

Больше нет никого. Больше нет ничего. Погляди:

Потемневшее солнце трепещет как сердце живое,

Как живое влюблённое сердце, что бьётся в груди.

 

Это чёрная музыка Блока

На сияющий падает снег.

 

Но кажется, устав от дел тревожных,

Не слышит старый и спокойный Бог,

Как крылья ласточек неосторожных

Касаются его тяжелых ног.

 

Это музыка миру прощает

То, что жизнь никогда не простит.

 

«Донна Анна! Нет ответа.

Анна, Анна! Тишина».

 

Игорь Островский


Поделиться:

Добавить комментарий

Текст комментария:

Последние материалы